Политолог Михаил Погребинский, в квартире которого несколько дней назад проводились обыски (при этом самого его не задерживали), связался с редакцией "Вестей", чтобы передать свою позицию в отношении очень чувствительных идеологических аспектов. Так или иначе, ответить на эти вопросы нужно каждому эксперту, и особенно это касается Погребинского, который до начала войны довольно часто участвовал в эфирах российских ТВ-каналов. Позицию эксперта мы подаем без купюр.
Мне не раз приходилось говорить о том, что я не разделяю тезис о "едином народе", говорил об этом в том числе и на одном из федеральных каналов РФ. И дело не только в исторических, культурных и пр. возражениях. Я считал некорректным даже обсуждение этого тезиса, так как он ставил под сомнение украинскую государственность. Если народ один – то зачем две страны? Для меня такая логика неприемлема и даже, как я считал, опасная. Увы, насколько опасная я даже в страшном сне не мог себе представить.
Активность политических сил, ориентированных на улучшение российско-украинских отношений, внутри страны была направлена на ограничение влияния националистической идеологии на кадровую политику, политику в сфере образования и культуры. Очевидно, что, независимо от итогов войны, националистическое влияние может только возрасти.
Война рано или поздно закончится, очень хочется верить, что – рано. Попробуем задать себе вопрос: как миллионы русскоязычных граждан Украины будут относиться к России после того кошмара, свидетелем или жертвой которого стали они или их близкие. Станут ли они голосовать за те политические партии, которые рискнут выступать за "прагматичные" отношения с РФ? И сохранятся ли они вообще в политическом поле Украины? Станут ли активисты добиваться придания русскому языку официального статуса?
Мой опыт говорит – не станут, и ещё долго – не станут. Придёт время для детального анализа пережитого нашей страной, но сегодня главная задача – остановить кровопролитие.
