Мнения Один шанс за 300 лет: как Украине закончить войну и навсегда оторваться от России
Единственный способ завершить войну так, чтобы навсегда отделить Украину от России, — заключить прямой стратегический союз с США, убежден политик Денис Ярославский. С Европой это не получится, это уже понятно, считает он, поэтому Украине следует воспользоваться историческим шансом, который выпадает раз в 300 лет.
Денис Ярославский Активист, военнослужащий 0
Нам нужно поговорить откровенно, и я надеюсь, что украинское общество уже готово к этому разговору.
Мы оказались на исторической развилке.
Первый путь — продолжать войну с Россией ещё в течение неопределенного количества лет, постепенно истощая нашу экономику, демографию и саму украинскую нацию.
Второе — завершить эту войну так, чтобы навсегда отрезать Украину от России и российского имперского пространства.
Потому что нам наконец-то нужно понять одну простую вещь: Россия добровольно нас не отпустит. Независимая, сильная, успешная Украина представляет собой угрозу самому существованию российской имперской модели.
Відео дня
Думаю, большинство из вас выберет второй путь. И тогда мы должны задать себе главный вопрос:
Сможем ли мы сделать это сами?
Способна ли на это Европа?
Ответ каждый должен дать себе сам.
Мы выбрали путь европейской интеграции. Я поддерживал этот выбор, потому что для меня и моих детей Европа всегда была гораздо ближе в цивилизационном плане, чем Россия.
Но времена изменились.
Сегодня перед нами стоит уже не вопрос о том, какой союз нам больше нравится. Мы стоим на краю пропасти, где под угрозой оказалось само существование украинской нации.
Я видел, как во время пандемии COVID-19 европейские государства закрывали границы друг от друга, оставив Италию наедине с катастрофой. Видел миграционные кризисы, споры между соседями, борьбу национальных правительств за собственные интересы. И сделал для себя важный вывод: Европа сама еще ищет ответ на вопрос, какой она хочет быть и насколько она способна оставаться единой в условиях настоящего кризиса.
А в войне с Россией Украина нужна Европе не меньше, а, возможно, даже больше, чем Европа — Украине.
Мы выбрали европейский путь и уже заплатили за него чрезвычайно высокую цену.
Тысячами жизней.
Разрушенными городами.
Миллионами людей, покинувших свои дома.
Разрушенной экономикой.
И после всего этого мы видим, как внутри самой Европы появляются правительства, которые блокируют наше движение, создают Украине политические препятствия или откровенно выступают на стороне России.
Учитывая ту цену, которую Украина уже заплатила и продолжает платить, мы уже давно должны были бы быть частью Европейского Союза, а не десятилетиями доказывать своё право называться европейцами.
О НАТО я уже промолчу — здесь Валерий Залужный высказался лучше, чем многие.
Но теперь мы подходим к главному: способна ли сегодня Европа положить конец этой войне?
Мой ответ — нет.
Важно Украине открыли двери в Европу: что нужно сделать, чтобы попасть в ЕС 
По моему убеждению, в мире есть только одна страна, обладающая достаточной военной, экономической, технологической и политической мощью, чтобы коренным образом изменить ситуацию. Соединённые Штаты Америки.
И тогда возникает логичный вопрос: если США могут — почему они до сих пор этого не сделали?
Причин несколько. И они гораздо глубже, чем кажется. Мы должны понять, что сегодня в Америке происходит не просто смена администрации или политического курса. Происходит борьба за видение самого западного мира.
Значительная часть консервативного движения вокруг Дональда Трампа в гораздо большей степени, чем современная европейская политика, опирается на христианские ценности, национальную идентичность, традиционную модель государства и право нации защищать собственную культуру. И именно здесь проходит одна из самых глубоких мировоззренческих линий разлома между новой американской консервативной политикой и частью современной Европы.
Одна из главных претензий американских консерваторов к Европе — ее миграционная политика. Лидеры Америки предупреждают европейских коллег, что неконтролируемая массовая миграция людей с другой культурой изменит не только демографический состав континента, но и его культурную и религиозную идентичность.
И мы, украинцы, не имеем права делать вид, что этот вопрос нас не касается. Особенно сегодня, когда миллионы украинцев вынуждены жить в странах Европы и могут собственными глазами наблюдать за преобразованиями, происходящими там.
Поэтому, говоря о предстоящем вступлении Украины в Европейский Союз, мы должны задать себе ещё один сложный вопрос: что именно мы хотим получить от Европы и что готовы перенять вместе с членством?
Должна ли Украина автоматически копировать любую европейскую миграционную модель?
Имеем ли мы право самостоятельно решать, кого, в каком количестве и на каких условиях будет принимать наше государство?
Хотим ли мы через двадцать или тридцать лет остаться страной со своим украинским языком, культурой, исторической памятью, христианской традицией и собственной национальной идентичностью?
Я — хочу. Я хочу, чтобы мои дети жили в современной, технологичной, демократической Украине. Но в то же время в Украине, которая осталась Украиной.
Это не вопрос ненависти к другим народам или религиям. Это право каждой нации — сохранять себя.
Французы имеют право оставаться французами.
Итальянцы — это итальянцы.
Поляки — это поляки.
Немцы — это немцы.
И у украинцев есть полное право оставаться украинцами.
Именно поэтому я считаю, что сегодня перед нами открывается гораздо более широкая возможность, чем просто очередной этап переговоров о вступлении в ЕС. Украина получила исторический шанс предложить Соединенным Штатам совершенно новый стратегический союз.
Не отказываясь от Европы.
Не противопоставляя себя Европе.
Но перестав воспринимать Европейский Союз как единственную возможную конечную точку нашего развития.
Я говорю о прямом, беспрецедентном украинско-американском альянсе. Альянсе, в котором наши экономики, армии, технологии, образование, религия и наука постепенно объединятся в единую систему.
Украинский боевой опыт.
Американские технологии и капитал.
Совместная оборонная промышленность.
Энергетика.
Искусственный интеллект.
Космос.
Новое военное образование.
Общая военная доктрина.
Инвестиции в восстановление.
Совместные предприятия.
Новая архитектура безопасности.
Не союз просителя и донора, а союз двух стран, каждая из которых дает другой то, чего ей не хватает.
США получают самого закаленного войной союзника на европейском континенте. Украина получает стратегическую опору со стороны самой могущественной державы западного мира.
И именно такой союз, по моему убеждению, способен не просто помочь нам положить конец этой войне. Он способен навсегда вырвать Украину из российской геополитической орбиты и избавить ее от метастазов российского имперского влияния.
Мы получили шанс, который выпадает раз в 300 лет, — шанс стать не буферной территорией между Востоком и Западом, а полноценной частью новой архитектуры западной цивилизации на востоке Европы. И будьте уверены: в тот момент, когда Украина получит реальную стратегическую альтернативу, отношение Европы к нам также радикально изменится.
Потому что тогда вопрос будет звучать уже не так: "Когда Европа позволит Украине вступить?", а так: "Может ли Европа позволить себе потерять Украину?"
В большой геополитике уважают не тех, кто десятилетиями стоит у порога. Уважают тех, кого боятся потерять.
И именно такой страной должна стать Украина.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные материалы в рубрике "Мнения" несет автор.
Источник
Важно Что есть у Украины, но нет у России: 5 причин послевоенного успеха и обновления 
