Недавно назначенный министром здравоохранения Виктор Ляшко пообещал за лето не только привить от ковида 5 млн украинцев, но и создать отечественную вакцину. И хотя и то, и другое пока звучит фантастически, по словам Ляшко, в сентябре два украинских разработчика должны представить свои отчеты. Речь о тех, кто получил финансирование из Национального фонда исследований — это Институт биологии клетки НАНУ, который находится во Львове, и Институт биохимии НАНУ.
Впрочем, слово "финансирование" звучит довольно громко. На производство украинской вакцины Верховная Рада выделила 100 млн грн. Для сравнения: из бюджета США на создание вакцины от коронавируса компании Moderna дали $2 млрд, а AstraZeneca — $1 млрд. "Вести" выяснили, что уже сделали украинские ученые и реально ли появление отечественной вакцины от коронавируса.
"Тут полный бардак!"
Работа над вакциной во Львове идет полным ходом. По словам директора института, академика Андрея Сибирного, речь идет о белковой вакцине, входным штаммом для которой послужат дрожжи. Дрожжевую клетку генетически модифицируют и научат продуцировать белок коронавируса. Другие белковые вакцины, в частности, американская Novavax, созданы по схожему принципу, но в них в качестве продуцента белков коронавируса использовались клетки насекомых. У нас же взяли дрожжевую клетку, поскольку около 10 лет назад здесь, во Львовском институте биологии клетки, на ней была успешно создана вакцина против гепатита В.
Начальные этапы создания вакцины, как уверяют в институте, пройдены, теперь нужно выяснить, продуцирует ли модифицированная клетка нужный белок. Сделать вакцину львовские ученые намерены до конца года, а затем — испытания на лабораторных животных, которые, возможно, придется проводить в Польше, так как нужны сертифицированные лаборатории.
"Тут полный бардак! — в сердцах говорит "Вестям" Андрей Сибирный. — 30 лет назад Украина производила пять различных вакцин. Теперь не производит ни одной. Президент пообещал миллион долларов тем, кто возьмется за разработку вакцины. Мы обращались через Офис президента. Нам сказали: "Механизма нет". Мы получили грант лишь в конце октября. Но другие в октябре уже имели вакцину, а мы лишь первые деньги на разработку получили. Мы отстали на год, понимаете? Есть в мире фирмы, которые производят вакцины, есть соответствующие научно-исследовательские институты, есть журналы. У нас все это утрачено".
При этом Сибирный настроен оптимистично, уверяет, что вероятность успеха высокая. "Мне трудно оценить. Пока у нас есть продуценты вирусных белков, сейчас мы занимаемся отработкой методов очистки вирусных белков от белков дрожжевых клеток, на которых мы их производим, и потом нужно проводить испытания. Но в Украине нет ни одной соответствующей лаборатории", — продолжает Сибирный.
Пропавшие лаборатории
Лаборатории действительно исчезли, вернее, целые центры, где исследовали возбудителей особо опасных инфекций. Одна крупная станция была под Житомиром, другая — в Полтаве. Теперь они похожи на мрачные сооружения из шутера Doom: огромные серые корпуса с признаками разрушения и труба крематория…
Бывший сотрудник Житомирского вирусологического центра Олег Никитин рассказал "Вестям", что в этих центрах были не только условия для разработки вакцин. Это были станции, которые готовились для работы с особо опасными возбудителями, в том числе с бактериологическим оружием. Формально Житомирская станция существовала до 2013 года. Фактически же умерла в конце 90-х. Была попытка создать на ее базе вирусологический центр на коммерческой основе, но безуспешная.
Работы близки к завершению
Вторая вакцина разрабатывается в столичном Институте биохимии им. Палладина. Как ранее рассказывал "Вестям" его директор, глава Комиссии по биобезопасности и биологической защите при СНБО, академик Сергей Комиссаренко, от государства они в прошлом году получили 2,7 млн грн. Работы уже близки к завершению, хотя они и были рассчитаны на два года. "И надо учитывать, что работаем мы на своих реактивах и оборудовании, создаем лабораторный образец", — говорил "Вестям" Комиссаренко.
По его словам, пока рано говорить, будет вакцина лучше или хуже имеющихся. "Это можно делать тогда, когда закончатся все клинические испытания. Что это такое? Когда заканчиваются доклинические испытания (на лабораторных животных, на культуре клеток), то начинаются клинические испытания, которые состоят из трех фаз.
Первая фаза должна показать, работает вакцина или нет. У нее много свойств, но есть два главных. Первое — это ее специфичность, вакцина должна вызывать у прививаемых людей иммунный ответ для того патогена, для которого она сделана, в данном случае для коронавируса. Второе — вакцина не должна обладать побочными эффектами и вызывать негативные последствия. Первое свойство проверяется на молодых здоровых людях, для испытаний отбирают 30–40 человек. Если вакцина вызовет у них иммунный ответ и не возникнет негативных эффектов, переходят ко второй фазе. Для второй фазы отбирают уже сотни человек. Третья фаза испытаний должна ответить на вопрос: обладает ли эта вакцина специфическим действием и имеет ли она негативные свойства для абсолютно разных категорий населения", — рассказывал Комиссаренко.
На кроликах
Над третьим вариантом вакцины работает международный консорциум, созданный частной научно-производственной компанией "Диапроф-Мед" во главе с Михаилом Фаворовым, отцом бывшего топ-менеджера "Нафтогаза". В недавнем интервью УНН Михаил Фаворов заявил, что их вакцина, которую испытали на кроликах еще в июне прошлого года, показала хороший результат: у всех животных стойкий иммунитет к Covid-19. Также, по словам Фаворова, вакцина не теряет эффективности и своих свойств при переводе ее в сухое состояние, что значительно стабильнее, чем жидкое состояние для любой вакцины. Правда, сам Фаворов в прошлом году привился американской вакциной Moderna, о чем заявил публично.
